1.
Белый конь.
Храм стоит
Без веры пуст,
В свой курган
Спускаясь грузно.
Прах его,
Как память стен,
Съест земля,
Трава покроет.
На стене,
Заросшей мхом,
Письмена
И знаки древни.
Только кто
Доверил им
Сохранить
Какие тайны?
Белый конь
Легко бежит
По волнам
Резного камня.
Я зову
К себе его,
Но молчат
Речные тени.
Новый век
Открыла ночь,
Позабыт
Язык творенья,
Этот мир
Создавши, Бог
Среди звёзд
Талант свой сеет.
Волшебство
Ушло с земли,
Жизнь, как лист
Увядший, преет,
И нет слов,
Чтобы разбить
Камня сон
Хоть на мгновенье.
Белый конь
Легко бежит,
Только звёзд
Смех слышен грустный:
Тайна здесь,
Но нет ключа,
Что тебе
Её откроет.
2.
Драконы зимних бурь.
Спустились с неба драконы зимних бурь,
Дыханьем ледяным сковавши воздух.
И ветер, поднятый от белоснежных крыл,
Земле поведал первым о морозах.
И голос родился из сердца тьмы,
Он песней вознесся к холодным звёздам.
И плакали они, и падал снег
Серебряными нитями, как слёзы.
Драконы ж продолжали скорбно петь.
Слова древнее жизни вили чары.
В них были боль и смерть, тоска ушедших дней,
Они покрыли землю, словно саван...
Проснулся я. Окно расцветил луч.
Зелёный - лес дерев, а небо - синий.
И взгляд скользит, но дальше за стекло -
Зима... близка. На сердце хлад ложится.
3.
***
Дрожит в моей руке щербатый меч.
Мне верно ты, мой друг, служил.
Но подошёл последней службы час.
В последний раз не подведи.
Под волчьим солнцем смерть ко мне пришла.
Пять ворогов на одного.
А за спиной нет боевых друзей.
В той стычке я один ушёл живой.
Зачем, остановил я кровь из ран?
С какой надеждой жизнь продлил?
Зачем поверил сердцу, если знал,
Что до рассвета не дожить?
Со скрежетом обнажены клинки.
И вижу я, как, будто яд,
Ночного ока злобный жёлтый свет
По их стекает желобкам.
Последний бой. Гадаю лишь о том,
Скольких я прихвачу с собой.
Мне весело, что не сложить врагам
О встрече песни никакой.
Я постараюсь в память о себе
Оставить ноющую боль,
С которой в непогоду вспомнят
Они в проклятьях этот бой.
Рази! Пока ещё рази, мой меч,
Хоть стоном отдаёт твой звон.
Ещё! Ещё в последний раз прими
Кровавой жертвы... Ахххр!!!
...Я...насмерть...поражён......
4.
Зима Средиземья.
Стала зима, не кончается.
Затворилось в лесах племя эльфово.
Гномов зовут шахты Мории,
Но Багровая Тьма также яростна.
В войнах давно пали княжества.
Позабыто теперь их наследие.
Кажется, что годы коротки,
Велики меж земель расстояния.
Тенью восстал к жизни Саурон
В Чернолесье с лицом Некромантовым.
Курунир пал в искушение.
А с Востока пришли орды орочьи.
Держат их вал люди Гондора.
Дорога ныне кровь гордых воинов.
С ними пока вместе рохиррим.
Но за спинами их - пепел Арнора.
Где же стрела эльфа-лучника?
Где топор боевой гнома горного? -
Спрашивают люди с горечью,
Отступая, ощерившись копьями.
Башни-клыки в пасти Мордора -
Запирающий ключ - в лапах узника.
Мудрость лежит, с грязью смешана.
Просыпается Зло в тёмных логовах.
5.
***
На поле чёрной бранной битвы
Пируют вороны да пламень.
Одним досталась мертвечина,
Другому молодые травы.
Земля приняла дань из крови,
Впитав всю до последней капли,
И Смерть, насытившись, спешила
Покинуть место страшной жатвы,
Где, словно мёртвые душою,
Средь мёртвых телом бродят вои.
Они утратили свободу
Земли, что жизнью защищали.
А победители с ухмылкой,
Подобной волчьему оскалу,
Им предлагают сдать оружье
Из гордой непреклонной стали
И говорят: "Но мы не звери.
У вас один остался выбор -
Иль уповать на нашу милость,
Иль умереть всёж бесполезно".
Склонились головы героев
Пред нависающей секирой,
И руки сами опустились,
Сломилась воля бессловесно...
Стяг, испещрённый письменами,
Костлявою рукою смерти
Бегущий мимо треплет ветер,
В лихом безумстве им играя...
Вдруг каркнул в страхе чёрный ворон,
К земле прижался буйный пламень,
И вспышка молний отразилась
В доспехах из иссохшей крови,
Сверкнул меч, поднятый рукою,
Подобный в блеске стелле света,
И проложил себе дорогу,
Не подчинившись вражьей воле.
У берега несметных полчищ
Он встал, не сломленный судьбою,
И дух его сиял, как звёзды,
На фоне грозового мрака.
Но голова титана ночи
Разверзла адовы глазницы.
Огонь с огнём схлестнулись в битве,
Раздались голоса раскаты:
"Чего ты хочешь, непокорный?
Твоя сталь против нашей стали,
Как парус в буре одинокий
Морскому богу на забаву.
Геройской, может, ищешь смерти?
К чему? когда живых героев
Никто деяния не ценит,
Не то, что мёртвых воев славы"...
Гроза неписаным раскатом
Чертает молнией, как стилом,
Остережение строптивым
На небе огненною вязью...
"Я не пришёл просить пощады.
Я горд землёю своих предков.
Она - мой феникс, и сражаться
Мы будем вместе до победы".
"Ты храбр, но глуп. Среди безликих,
Пленённых нами, мёртвых духом
Никто руки уж не поднимет,
Чтоб отвести лихие беды.
Мы в пыль сердца их растоптали,
И в пепел обратили души,
Над всей страной мы надругались,
Мы ведаем, что победили.
И никакая в мире гордость
Таких, как ты, пока вас мало,
Не остановит бега наших
Коней войны в расцвете силы.
Нам безразличны твои крики,
Что издаёшь ты перед смертью.
Мы её слуги и по праву
Смерть можем сеять там, где рыщем".
"Вы её слуги, но не вечна
Власть мрака ночи над землёю.
Всегда на небе будут звёзды
Путь озарять восходу солнца.
И, как туман, их свет рассеет
Вонь чёрной гари пепелища"...
Сотряс земли устои хохот,
В дрожь обращая даже камни,
Обрушились от неба капли
Горящей крови ран Атланта...
Меч воткнут, преклонив колено,
Взывает смертный к высшим силам,
А Зверь несётся, мир готовый
Пожрать, чтоб утолить свой голод.
Сквозь рык и вой ему подобных
Пронзает хаос ржавый голос
Разверзнувшихся врат Тартара,
Высвобождая адский молот.
Стена огня по полю катит,
И след её, как белый саван,
Рубцы земные закрывает
Слоями перистого пепла.
Но точно небо раскололось
Со звоном рвущихся струн мира,
И какофония вдруг взвыла,
Набрала силу и окрепла.
В безумной пляске тьмы и света
Пронзило солнце туч завесу,
И, где лучи земли касались,
Там поднимался ангел белый.
Огонь протуберанцев звёздных
В божественных мечах закован.
И их стена несокрушима,
Пока стоит дух человека...
Восстал герой против героя.
Схлестнулись две волны прибоя.
Дракон серебряный и алый
Вновь завели свой спор кровавый.
И стяг, покрытый письменами,
Костлявою рукою смерти
Драконы рвут на части вместе,
В лихом безумстве им играя...
6.
***
Не счесть ни дни, ни годы, ни столетья
Как миф исчез чудесной красоты
О рыцаре без страха и упрёка
Прекрасной, но не сбывшейся мечты.
В стране далёкой, странной, даже чуждой
Он вынужден без срока был бродить,
Во имя красоты и грёз жемчужных
Любое зло на свете победить.
И так всегда - навстречу гибели,
И как всегда один за всех.
Мы никогда таких не видели.
Но кто сказал, что их и нет?
Его достойна жизнь была баллады,
Хотя такой он славы не искал.
За взгляд один своей прекрасной дамы
Он без остатка б эту жизнь отдал.
А мир на наш похожий до безумья
Его принять не смог, его отверг.
Любовь одна давала сердцу силы
Свой продолжать неукротимый бег.
Забыто всё. Любовь одна жива.
Забыто всё, что в мире есть.
Проходит то, что было некогда,
Но ждёт ли зло такая честь?
Вновь бьёт копытом конь перед сраженьем,
Щит просит руку, крови просит сталь.
Но душу не наполнит упоеньем
Победа в битве за Святой Грааль.
И эта чаша горького вина,
Разбавленного солью слёз,
Ещё не выпита до дна,
Ещё не выжата болью
Его душа до конца.
И так всегда - навстречу гибели,
И как всегда - один за всех.
Мы никогда таких не видели.
Но кто сказал, что их и нет?
7.
Паладин.
Немного гордости на рану трусости,
Немного злобы на доброту.
Бог мне лишь сюзерен, а чёрт союзник мне.
С такою силою всё по плечу.
Кресты на мантии, как кровь на истине,
Другого средства не знает мир,
Подняться над людьми и доказать толпе
Такой простой закон, что Бог один.
Не скальтесь, нехристи, клянусь вам честью я,
А, кто не верит, того ждёт лимб.
Своей рукой пошлю во славу Божию.
Мне за усердие обещан нимб.
И под литавры в рай я на своём коне
За сей наградой в свой час приду.
Чертям и ангелам, своим товарищам,
От такой радости бока намну.
И, если дождь пойдёт в пустыне варварской -
То лишь мой пир на небесах,
Молитесь, нехристи, за то, что помнят вас,
Да только тем богам, что за Христа.
Немного мудрости на бочку глупости,
Немного грязи на саван мой.
Земля греховная, твой сын до гроба я,
А дальше, не судьба мне быть с тобой.
8.
Песенка о глупом чародее.
Когда-то в Сотасской долине
Жил настоящий чародей.
Умел он чудеса такие,
Каких не могут уж теперь.
Был чародей не очень злобным,
Но на беду себе скопил
Деньжат столь неприлично много,
Что больше недругов нажил.
А не держи в руке деньгу.
Подай-ка лучше бедняку.
А бедняк на твой пятак
Тебе расскажет, что да как.
И к чародею потянулись,
Железом бряцая враги.
Но лишь немногие вернулись,
Едва сносивши головы.
И так везло бы чародею,
Всех б побеждал по одному.
Но вот коварный план уж зреет,
Грозя погибелью ему.
А не держи зла на меня.
Всё как было рассказал.
А лучше эля предложи,
Чтоб не было в рассказе лжи.
Пришли однажды к его дому
Два плута, Рыжий да Рябой,
Упали чародею в ноги
С мольбой, приправленной слезой:
"О, господин над королями,
Могучий Властелин Судьбы,
Скажи, что с этим миром станет,
Когда умрёшь однажды ты?
Не встанет солнце над землёю,
И отвернёт удача лик
От рода низкого людского.
Мы молим, господин, живи!"
Не брало чародея сталью
И магией, а лесть взяла.
Оставил жуликов он в замке
За столь приятные слова.
А ты меня не торопи.
Развязка скоро, подожди.
Дай, лучше горло промочу,
А то, гляди, уже хриплю.
Так в услуженье прохиндеи
Два с чем-то года провели,
Пока ко злату чародея
Окольной тропки не нашли.
А надо вам сказать, что злато
Наш чародей из глины гнал
Здесь слово, там пассы руками,
Глядишь, уже готов металл.
А Рыжий да Рябой смекнули,
Как чародей шёл отдыхать
В сундук, где золото хранил он,
Немного глины подсыпать.
А чародей-то весь в гаданьях -
Где он ошибся да и как?
Обратный ход у заклинанья
Недолжен быть. Но вот он факт.
Эй, парень, подожди! Сейчас
Уже кончается рассказ.
Всего минуту, а потом,
Ты посмеёшься над концом!
И чародей зарылся в книги,
Всё что-то там читал-писал.
А слуг послал он в путь неблизкий
Какой-то камень отыскать.
Ну, Рыжий да Рябой не стали
Себя упрашивать, пропав
С тем золотом, что натаскали,
И "до свиданья" не сказав.
И в тридевятом королевстве
Зажили плуты, как цари,
А чародей до смерти верил,
Что камень ищут всё они.
Эй! Это мой уже пятак,
Не нравится не слушай! Так.
Не надо песен?! Ну как знать.
Хотя могу ещё сплясать... :)
9.
***
Последняя гавань. Приют у порога.
Уходят на запад эльфы-нолдОра.
Красивый, но всё же закат догорает
В глазах у бессмертных. Берег веет печалью.
Высокой рукою их сорваны души.
Земля была домом, дом тот разрушен.
Победа, увы, не восполнит урона.
Нет сил возвращать жизнь пеплу снова и снова.
Осенней листвою уходит эпоха.
Невольной слезою сОлены вздохи.
Без магии новой весны не представить,
В палитре своей она её не оставит.
Погиб Саурон. Зло, казалось, избыто.
Но горе потерь ничем не покрыто.
Будь проклята вечная память о мёртвых!
Чертоги забвенья - не выход, но схожи.
Прощайте, как можете, старшие братья,
Вам есть куда плыть, но не возвращаться.
А нам здесь и жить-умирать, так же долго,
Как будут Валары восседать на престолах.
10.
***
Струна последней ноты вздох
Ронила угасать.
Закончив песню, голос смолк.
Но легче ли дышать?
Настроив мыслей тёртый круг
На непонятный лад,
Сказитель переводит дух,
Чтоб новый сказ начать...
В трактирном зале полумрак.
Ночь за окном дождит.
К огню камина в поздний час
Подвинуты столы.
Пенится в кружке добрый эль.
Да, вот, не до него.
Заводит мысли лёгкий хмель
Куда-то далеко.
Соседи тихо говорят
О чём-то там с тобой.
А ты, сомлевши от тепла,
Киваешь головой...
Но только снова тишину
На место водрузил
Всего лишь слабый шёпот струн.
И кто бы возразил?
Старик-певец, седой, как лунь,
Отдавший всё годам,
Всё, кроме голоса и рук,
Талантливый вгонять
Словами не сильней других
В такой разброд души,
Что наяву приходят в жизнь
Твоим родные сны.
И ты, не ведающий вкус
Кроваво-ярых сеч,
Которому привычней плуг
Но уж никак не меч,
Мечтаешь о судьбе такой,
Которой и не знал,
Которую бы наяву
Ты только проклинал.
Что до того, но не сейчас,
Сейчас ты на коне,
И всё, что светлое есть в нас,
Взросло в твоей душе.
Твой меч не только смерть несёт,
Но бьётся с ней за жизнь.
Ты с мужеством встречаешь зло,
И зло под ним бежит...
Но горький смех себе в усы.
Что за мечты юнца?
И, слава богу, чтоб они
Не сбылись никогда.
Но возвращаясь в полумрак
Родимый и простой,
Ты ждёшь, как песня вновь тебя
Утянет за собой.
11.
Убить дракона.
Нет. Никому неизвестен
Творца того замысел,
Что создал драконов.
Но неразумной стихии
Считать порожденьем их –
Значит примножить те страхи,
Что превосходят любые
Границы разумного
И самые нервы,
Что ни на есть, а стальные,
Узлами завязывать
Могут и вяжут. Губитель!
Шкура-броня недоступна
Ни вострому лезвию,
Ни мажьему спеллу.
Сам же огонь изрыгает,
Стремительно падает
С неба ярящимся зверем.
Стойкие духом встречали
И гибли под натиском
Клыков и когтей, и
Смертонесущего доха,
Так что можно молвить о
Тех, кто принял смерть, бежавши?
Где же ты бродишь, гибель
Драконьего племени,
А, может, таишься?
Кован ли пики кровавый
Металл, есть ли крепкое
Древко, начертаны руны?
И родился ли уже тот,
Рука чья, поднимется
Вместе с оружьем возмездья
Жизни лишь ради, против
Не смерти и божьего
Промысла, против дракона?
|
